Основная информация:
• Имя Фамилия: Alik Avganec
• Пол: Мужской
• Возраст и дата: 68 лет, 07.09.1958
• Ваш сид: BSKY
Внешние признаки:
• Национальность: Американец
• Рост: 185 см
• Телосложение: Спортивное
• Дефекты кожи: Нет заметных дефектов.
• Цвет волос — Белый
• Цвет глаз — Зеленые
• Личное фото: тык
• Татуировки: левая/правая нога, левая/правая рука/шея/тело
• Отец: Vafledron Avganec
• Мать: Chanda Avganec
┃・Детство
Я рос в обычном рабочем районе Лос-Сантоса, в семье, где знали цену труду. Отец работал на заводе, мать — медсестрой в городской больнице. Жили скромно, но честно. Ничего лишнего не было, но и нужды я не знал. Главным, чему меня учили родители, была справедливость: «Если не ты, то кто?». С детства я привык отвечать за свои слова и всегда заступался за слабых во дворе, даже если противник был старше и сильнее.
┃・Юность
Школа давалась мне легко в плане дружбы, но сложно в плане дисциплины. Я не терпел несправедливости от учителей и старшеклассников. Спорт был моей отдушиной — бокс и борьба. После выпуска меня призвали в армию. Попал в Афганистан. Война быстро превращает мальчишек в мужчин. Там я научился двум вещам: ценить жизнь и ненавидеть хаос. Но война оставила мне подарок — тяжелую контузию. С тех пор у меня бывают провалы в памяти, вспышки гнева и постоянный, выматывающий шум в ушах, который не стихает ни на минуту. Вернувшись, я не мог найти себя — гражданская жизнь казалась пресной и фальшивой.
┃・Взрослая жизнь: (Настоящее время)
Решил, что порядок — это то, что я умею лучше всего. Пошел в полицию. Мои боевые навыки и выправка помогли пройти отбор. Первое время я реально верил, что приношу пользу. Думал, что смогу защитить таких же простых людей, как мои родители. Но в департаменте я столкнулся с «парадной» войной — бумажки, отчеты, начальники, которые никогда не нюхали пороха, учили меня жизни. Контузия давала о себе знать: любой крик задержанного, любая провокация могли выбить меня из колеи, вызывая «афганский синдром».
А потом погиб мой напарник — мы вместе прошли «горячую точку», прикрывали друг друга. В городе его убили из-за не наделённый умом ошибки штабных, которые дали неверную информацию. В тот момент во мне что-то щелкнуло. Если там, на войне, смерть была понятна, то здесь, в мирное время, она была просто глупой и напрасной. Я озлобился. Я понял, что система не защищает своих. Раз она так относится ко мне, почему я должен соблюдать её правила? Я начал брать то, что считаю своим. Сначала это были мелкие поблажки для «своих», потом деньги. Я перестал видеть в задержанных людей — для меня они «духи», с которыми на войне разговор короткий.
┃・Настоящее время
Сейчас я — ветеран, которого «перемолола» система. У меня есть статус, ствол и жуткая усталость в глазах. Контузия сделала меня вспыльчивым и непредсказуемым. Я могу наорать на задержанного просто потому, что у меня резко зазвенело в ушах. Я потерял ту грань, где заканчивается закон и начинается война, которая всё еще идет у меня в голове.
┃ ПОЧЕМУ Я БЕРУ ВЗЯТКИ
В отделение доставили группу хулиганов. Среди них Алик узнает знакомого местного коммерсанта, с которым они иногда пересекаются в городе. Коммерсант понимает, что ночевка в КПЗ ему не нужна — завтра сделка сорвется. Улучив момент, он тихо говорит Алику: «Командир, война войной, а обед по расписанию. Давай решим вопрос по-быстрому, как мужики?». Алик смотрит на него. Вспоминает, что ему самому нужны деньги на лечение (или просто на то, чтобы заглушить боль). Принципы «честной войны» давно забыты. Алик кивает, берет конверт и отпускает его, бросив: «Вали, пока я добрый. Но если кто спросит — ты сбежал, пока я форму заполнял, понял?»
┃ ПОЧЕМУ Я ПРИПИСЫВАЮ СТАТЬИ
Алик задержал налетчика, который ограбил магазин (аммунацию). Налетчик, уже сидя в наручниках, понимает, что ему светит большой срок, и начинает истерику. Он плюется в сторону Алика и кричит: «Да ты просто мусор окопный! Тебя лечить надо, псих! Я твоему начальству позвоню — уволят за рукоприкладство!». Упоминание «лечения» и «психа» — это спусковой крючок для Алика. Контузия накрывает его красной пеленой. Алик молча, с каменным лицом, возвращается в кабинет. Он открывает дело и, не меняясь в лице, дописывает в протокол пункты: «Оскорбление должностного лица», «Сопротивление» и «Попытка захвата табельного оружия». Теперь налетчик выйдет не через пару лет, а очень и очень не скоро. «Будешь базарить — добавлю еще и теракт, утырок» — спокойно говорит Алик, закрывая папку.
┃ ПОЧЕМУ Я ОСКОРБЛЯЮ ЗАДЕРЖАННЫХ
Алик патрулировал район, когда поступил вызов о распитии алкоголя в парке. Прибыв на место, он подходит к компании. Один из задержанных начинает дерзко разговаривать, отказывается проходить в машину и толкает Алика в грудь, выкрикивая оскорбления. Обычно Алик старается держать себя в руках, чтобы не навлечь жалоб, но сегодня контузия дает о себе знать. Громкий крик парня резонирует с вечным звоном в ушах Алика, вызывая вспышку агрессии. Алик резко хватает задержанного за горло, прижимает к капоту и шипит сквозь зубы: «Ты че, совсем жить надоело, шакал? Я в Афгане таких, как ты, даже в плен не брал — сразу расход! Еще раз пискнешь — сгниешь в обезьяннике, и никто тебя не найдет!»
┃ ИТОГ
• Имя Фамилия: Alik Avganec
• Пол: Мужской
• Возраст и дата: 68 лет, 07.09.1958
• Ваш сид: BSKY
Внешние признаки:
• Национальность: Американец
• Рост: 185 см
• Телосложение: Спортивное
• Дефекты кожи: Нет заметных дефектов.
• Цвет волос — Белый
• Цвет глаз — Зеленые
• Личное фото: тык
• Татуировки: левая/правая нога, левая/правая рука/шея/тело
• Отец: Vafledron Avganec
• Мать: Chanda Avganec
┃・Детство
Я рос в обычном рабочем районе Лос-Сантоса, в семье, где знали цену труду. Отец работал на заводе, мать — медсестрой в городской больнице. Жили скромно, но честно. Ничего лишнего не было, но и нужды я не знал. Главным, чему меня учили родители, была справедливость: «Если не ты, то кто?». С детства я привык отвечать за свои слова и всегда заступался за слабых во дворе, даже если противник был старше и сильнее.
┃・Юность
Школа давалась мне легко в плане дружбы, но сложно в плане дисциплины. Я не терпел несправедливости от учителей и старшеклассников. Спорт был моей отдушиной — бокс и борьба. После выпуска меня призвали в армию. Попал в Афганистан. Война быстро превращает мальчишек в мужчин. Там я научился двум вещам: ценить жизнь и ненавидеть хаос. Но война оставила мне подарок — тяжелую контузию. С тех пор у меня бывают провалы в памяти, вспышки гнева и постоянный, выматывающий шум в ушах, который не стихает ни на минуту. Вернувшись, я не мог найти себя — гражданская жизнь казалась пресной и фальшивой.
┃・Взрослая жизнь: (Настоящее время)
Решил, что порядок — это то, что я умею лучше всего. Пошел в полицию. Мои боевые навыки и выправка помогли пройти отбор. Первое время я реально верил, что приношу пользу. Думал, что смогу защитить таких же простых людей, как мои родители. Но в департаменте я столкнулся с «парадной» войной — бумажки, отчеты, начальники, которые никогда не нюхали пороха, учили меня жизни. Контузия давала о себе знать: любой крик задержанного, любая провокация могли выбить меня из колеи, вызывая «афганский синдром».
А потом погиб мой напарник — мы вместе прошли «горячую точку», прикрывали друг друга. В городе его убили из-за не наделённый умом ошибки штабных, которые дали неверную информацию. В тот момент во мне что-то щелкнуло. Если там, на войне, смерть была понятна, то здесь, в мирное время, она была просто глупой и напрасной. Я озлобился. Я понял, что система не защищает своих. Раз она так относится ко мне, почему я должен соблюдать её правила? Я начал брать то, что считаю своим. Сначала это были мелкие поблажки для «своих», потом деньги. Я перестал видеть в задержанных людей — для меня они «духи», с которыми на войне разговор короткий.
┃・Настоящее время
Сейчас я — ветеран, которого «перемолола» система. У меня есть статус, ствол и жуткая усталость в глазах. Контузия сделала меня вспыльчивым и непредсказуемым. Я могу наорать на задержанного просто потому, что у меня резко зазвенело в ушах. Я потерял ту грань, где заканчивается закон и начинается война, которая всё еще идет у меня в голове.
┃ ПОЧЕМУ Я БЕРУ ВЗЯТКИ
В отделение доставили группу хулиганов. Среди них Алик узнает знакомого местного коммерсанта, с которым они иногда пересекаются в городе. Коммерсант понимает, что ночевка в КПЗ ему не нужна — завтра сделка сорвется. Улучив момент, он тихо говорит Алику: «Командир, война войной, а обед по расписанию. Давай решим вопрос по-быстрому, как мужики?». Алик смотрит на него. Вспоминает, что ему самому нужны деньги на лечение (или просто на то, чтобы заглушить боль). Принципы «честной войны» давно забыты. Алик кивает, берет конверт и отпускает его, бросив: «Вали, пока я добрый. Но если кто спросит — ты сбежал, пока я форму заполнял, понял?»
┃ ПОЧЕМУ Я ПРИПИСЫВАЮ СТАТЬИ
Алик задержал налетчика, который ограбил магазин (аммунацию). Налетчик, уже сидя в наручниках, понимает, что ему светит большой срок, и начинает истерику. Он плюется в сторону Алика и кричит: «Да ты просто мусор окопный! Тебя лечить надо, псих! Я твоему начальству позвоню — уволят за рукоприкладство!». Упоминание «лечения» и «психа» — это спусковой крючок для Алика. Контузия накрывает его красной пеленой. Алик молча, с каменным лицом, возвращается в кабинет. Он открывает дело и, не меняясь в лице, дописывает в протокол пункты: «Оскорбление должностного лица», «Сопротивление» и «Попытка захвата табельного оружия». Теперь налетчик выйдет не через пару лет, а очень и очень не скоро. «Будешь базарить — добавлю еще и теракт, утырок» — спокойно говорит Алик, закрывая папку.
┃ ПОЧЕМУ Я ОСКОРБЛЯЮ ЗАДЕРЖАННЫХ
Алик патрулировал район, когда поступил вызов о распитии алкоголя в парке. Прибыв на место, он подходит к компании. Один из задержанных начинает дерзко разговаривать, отказывается проходить в машину и толкает Алика в грудь, выкрикивая оскорбления. Обычно Алик старается держать себя в руках, чтобы не навлечь жалоб, но сегодня контузия дает о себе знать. Громкий крик парня резонирует с вечным звоном в ушах Алика, вызывая вспышку агрессии. Алик резко хватает задержанного за горло, прижимает к капоту и шипит сквозь зубы: «Ты че, совсем жить надоело, шакал? Я в Афгане таких, как ты, даже в плен не брал — сразу расход! Еще раз пискнешь — сгниешь в обезьяннике, и никто тебя не найдет!»
┃ ИТОГ
- Алик может оскорблять и унижать задержанных, особенно если те кричат или провоцируют его — срабатывает «афганский синдром».
- Алик может брать взятки, так как считает, что государство ему все равно не поможет, а деньги решают проблемы (в том числе со здоровьем).
- Алик может приписывать лишние статьи, если его лично задели или если он видит в задержанном врага, с которым на войне церемониться не принято.
- Особенность: Любое упоминание психики, лечения или оскорбление его службы в Афгане вызывает у Алика неконтролируемую агрессию, последствия которой могут быть самыми тяжелыми для задержанного.
Последнее редактирование:
